Зал двух стихий

[Карина Штормовая]

Ничего не предвещало беды, но это спокойствие прервалось, в зал ворвались две на вид (хотя не только на вид) бездомные собаки. Их шерсть была спутанной и местами запылённой, лапы — покрытыми высохшей грязью. Глаза животных светились непонятной злобой.
Они быстро пронеслись по залу, движения были резкими и хаотичными, те словно искали что-то очень важное, или кого-то... Внезапно обе остановились и, не обращая внимания на взгляды остальных присутствующих, устремились в сторону Карины Штормовой с рычанием и лаем.

Эликсир продолжал действовать на Карину: при виде несущихся на неё собак она не замерла, не вздрогнула и даже не закричала, а, улыбнувшись животным во все зубы, произнесла:
-Рукли-букли-симпапукли, двойной нормукли! - и появились красные искры, - Какие же красивые звери! - она протянула руки, и собаки, глядя на Карину тёплым красным светом, встали каждая под одну из её ладоней. Карина присела:
-Вот этот на Сириуса Блэка похож, правда, профессор Деманов? - обратилась она ко всё ещё стоящему рядом профессору боевой магии, которого наконец узнала и к которому под действием эликсира всё ещё могла запросто обращаться. Но, увидев выражение его лица, замолчала

[Одиннадцатое пугало]

Прекрасный вечер “страшилок”, время провести в кругу друзей и хороших знакомых. Хэллоуин праздник привидений, зомби, резных тыкв, пауков и прочей дряни.
Вот и Гремислав уже был в Зале Двух Стихий, явился аккурат перед началом празднования. Он прохаживался по залу, осматриваясь и здороваясь со своими коллегами и учениками. Тёмный маг собирался приятно провести время этого праздника, но разве судьба была когда-нибудь благосклонна? Особенно в Хэллоуин? Когда вся нечисть просыпается, все гады и вся тварь норовит выползти под лунный свет и обрести, хоть капельку, хоть на одну ночь, но силу, которая сведёт с ума любого живого и потешит чёрные души всякой нечистой дряни? Благосклонность? Смешно!
За преподавателем уже кто-то наблюдал, вернее наблюдало. Это нечто из самой глубокой тьмы, самой бездны. Это нечто, что обычно просто наблюдает, сегодня, в эту дивную страшную ночь, решило явить себя. Притаившийся в тёмных углах, в тенях, в местах лишённых света, оно наблюдало за Гремиславом. Всегда было интересно узнать, насколько маги вкусные, особенно тёмные. Со светлых взять нечего, но вот тёмные, с их внутренними противостояниями и противоречиями, что мечется на тонкой линии морали, буквально на срыве своей человечности. Вот таких магов и хочется иссушить полностью, и именно этим это нечто сегодня и займётся.
В Зале Двух Стихий, что сейчас был лишён яркого дневного света, игрались тени, что ползали по тёмным и сумрачным места. Они, совершенно незаметные, подбирались всё ближе к тёмному магу, окружая его из разных уголков зала. Но они не спешили, зачем же? Впереди целая ночь! Оно не спешило. Пусть тёмный маг, преподаватель магических наук, радуется той мимолётности жизни, что у него осталось. Это не надолго, оно подождёт, оно ждать умеет.

[Третье пугало]

Любуясь на лицедейство Артёма, волшебник совсем расслабился. Он возвёл глаза к потолку и, решив подыграть, театрально произнёс:
— Я готов, о великий оракул. Что же вы поведаете о моём будущем?
В зал прибывало всё больше гостей, и, наверное, не было на свете места теплее и уютнее него. Светлый помахал весёлой Камилке, появившейся на входе, поблагодарил Дашу за комплимент его рубашке. Неужели этому спокойствию мог прийти конец?
Лицо Артёма резко переменилось, руны рассыпались по полу. Обеспокоенный, Семён опустил руку на плечо друга и участливо спросил:
— Ты в порядке? Что произошло? — Светлый вдруг помрачнел и добавил чуть тише: — Ты тоже что-то чувствуешь, да?..
Когда Деманов взялся за рапиру, юноша отшатнулся и, встревоженно нахмурив брови, огляделся: пространство вокруг окутали насмешливые клубы дыма, липшие к ногам. Вдоль позвоночника пробежал холодок, и ещё больнее сделалось от того, что причина тревоги была пока неясна.

На плечо Семёна Деришева легла тяжёлая рука.
-Хочешь я тебе погадаю? - если Семён обернется, он никого не обнаружит.
Вдруг раздался громкий треск, в полу мгновенно возникла длинная и глубокая трещина, прямо под ногами Семёна, под ней была бездна.
На одной из тыкв украшавших зал загорелись глаза и с треском появился кривой рот.
-Это ночь ты никогда не забудешь! Вот твое Хеллоуинское предсказание!

[Нинель Заревская]

“Ох, опаздываю! Весь праздник уже без меня начался, и все конфеты без меня съели уж наверняка!” - Нинель хмурилась и быстрым шагом направлялась в зал Двух стихий. Она так увлеклась выбором своего костюма, что не заметила, как пролетело время. Всё таки это было её первое празднование Хэллоуина в Тибидохсе, и собственно, вообще первое празднование этого праздника в целом, ибо в семье его не отмечали. Девушка очень долго не могла определится с выбором костюма, то ей хотелось нарядится ведьмочкой, то хотелось призраком, то гномом, то кицунэ, то ангелом, то демоном или феей, идей было так много, что она растерялась и потратила кучу времени хоть на какой костюм. Под конец своих творческий метаний она всё же решила углубится в азиатстую культура, а именно надеть кимоно и маску с рогами, что закрывала пол лица.

Спойлер

SPOILER_SHOW

Когда Нелли уже, наконец, была готова, то стрелки на часах ей прямым текстом говорили: “Мать, ты опаздываешь, причём конкретно! Поторопись!” В надежде не сильно опоздать на свой первый Хэллоуин, Нинель торопилась как могла.
Когда она вошла в зал Двух стихий, то большинство студентов и преподавателей уже были здесь. Но само празднование ещё не началось, девушка облегчённо вздохнула, значит успела. Нинель осмотрела всех присутствующих и заметила странные моменты: большинство приятно проводило время, а вот некоторые как-то подозрительно-опасливо осматривались. “И чего это с ними? Неужто кто-то подошёл и напугал фразой ”сладость или гадость”? Ну или какие там приколы у этого праздника…” - девушка усмехнулась, проходя в зал.
- Всем тёмного вечера и ужасного празднования. Надеюсь, вечер будет запоминающимся. - Поздоровалась тёмная ученица, тут её взгляд нашёл стол с угощениями. “О, все конфеты целы! Ну, это ненадолго...” - Нелли улыбнулась, облизнулась и направилась к сладостям. Вот сейчас перекусит и присоединиться к кому-нибудь.

[Мирослава Альд]

Мирослава не уступая своему характеру, как всегда опаздывала на Хеллоуин, она так спешила, что её крылья также интенсивно двигались и часть пути она пролетала. Костюм был сборный, что то среднее между девушкой Тенгу, и другими представителями японской нечисти. Открыв двери и оглядев прекрасный украшенный зал, она сразу поняла, что и с этим Хеллоуином, что-то не так. Прекрасные костюмы интересный интерьер, но часть людей выглядит напуганными, при чём где источник их страха, пока не понятно.
-Всем прекрасного Хеллоуина! Сладость или гадость! - девушка протянула корзинку в которой были печенья с разной начинкой, кому как повезет, сладкая и вкусная, или горькая, соленая, острая.

[Николай Храбров]

Феям безусловно пристало опаздывать. Особенно тогда, когда фею никто не ожидает увидеть. Если вы ждали, что на празднике будет кто-то из дивного народа, и, явившись, обнаружили, что они уже тут - они были тут с начала времён. Или, по крайней мере, с прошлой ночи. В любом случае, это уже не они пришли к вам в гости, а вы попали в занятое ими пространство. Вероятно, именно чтобы избежать такого пугающего впечатления, феи показательно приходят позже всех. Мол: “смотрите, я тут такой же гость!” Так, естественно, поступил и Храбров.
Войдя в зал, чародей из относительно тихого и спокойного коридора попал, похоже, в самое веселье. Разодетые ученики и преподаватели подозрительно озирались, кто-то был бледен как смерть, кто-то тревожно носился по помещению в поисках невидимой опасности. Храбров так давно не посещал Тибидохс, особенно в Хэллоуин, что и забыл, какая высокая концентрация хтонической жути в этом чудесном учебном заведении. Пока что его рабочей теорией были накопившиеся страдания нерадивых учеников, подвергавшихся свету магической науки на протяжении столетий. Ну а там и черномагические артефакты, спрятанные по углам, подхватили.
Так или иначе, магам к такому не привыкать. Фей улыбнулся и прошёл дальше от входа, поглаживая блестящую чёрную змею, покачивающуюся около его лица. Она была не одна – не меньше чем дюжина слюдянистых чешуйчатых лент вплетались в прямые светлые волосы, любопытно ощупывая воздух раздвоенными языками. Их хвосты покоились на плечах и спине, обвивали шею, создавая странное ожерелье. Свободный костюм с длинными полами и высоким воротом тоже весь был покрыт мелкими чешуйками спокойного синего цвета. Шёлковые рукава щеголяли старомодными длинными хвостами, а на пальцах красовались кольца-когти из ажурного чёрного металла. Завершали образ узкие змеиные зрачки самого фея. Естественно, и змеи не были живыми – лишь простыми декоративными големами – и глаза были всего лишь иллюзией. Как и обычно, количество косметической магии на лице и образе чародея в целом зашкаливало, опутывая его на энергетическом уровне как пёстрый кокон.
Пройдясь по перепуганным человекам взглядом, Храбров наткнулся им на знакомое лицо Конёва. Чародей улыбнулся и, прибавив шагу, лёгкой походкой преодолел расстояние, отделявшее его от преподавателя.
– Месье Артефактолог, как здорово, что и вы тут! Верю, что в праздник Савнь на Буяне никогда не бывает скучно, но погружаться в ностальгию без вашего присутсвия было бы как-то тоскливо, – голос фея привычно оставлял в воздухе едва заметный звон маленьких колокольчиков. – Добрый вечер, дамы, – он повернулся к незнакомым преподавательнице и ученице с ещё более лучезарной улыбкой, будто для него не было дня счатливее сегодняшнего и собеседников приятнее именно этих. – Так что, друг мой, – Храбров снова обратился к Конёву, – вводите меня в курс дела: что тут у вас творится на этот раз?

[Алисс Легран]

Она ничего не почувствовала — разве заметишь вот так в кутерьме праздника, что картинки на твоей одежде стали странно себя вести. Но когда подошедший к ним маг произнес “Добрый вечер, дамы”, в чешуйках змей на его костюме вдруг отразился странный отблеск и, не успев поздороваться в ответ, Алисс автоматически посмотрела вниз — на свое платье.

Визг вырвался сам собой — короткий, словно крик раненой птицы. Рука тут же дернулась вперед, чтобы смахнуть кошмар с груди, но отдернулась еще быстрее, едва пальцы ощутили леденящий ожог иллюзорного тела.

— Ретроградный Меркурий тебя побери! Это что такое??? — воскликнула она в ужасе и застыла на месте, ощущая, как самый страшный кошмар сковывает по рукам и ногам.

Дышать стало нечем, а Существо, почувствовав её реакцию, как будто ответило: слепяще-белая точка раздулась, крылья завибрировали с таким оглушительным гулом, что у Алисс заложило уши. Этот звук заполнил всё — он был внутри черепа, в крови, в предательски дрожащих коленях, в подступивших от ужаса слезах.

— Уйди, уйди, уйди, — выдавила она, зажмурившись, и с истеричной силой ударила ладонью по тому месту, где сидел кошмар.

Не помогло, конечно. Все равно что биться о каменную стену. Оно не уходило. Оно крепчало. Оно готовилось к прыжку.

[Семён Деришев]

Когда чья-то рука коснулась его плеча, светлый, будто олень в свете фар, замер и уставился остекленевшими от страха глазами куда-то в стену, сквозь всех волшебников. Как же так? Ещё секунду назад за спиной никого не было. Или Семён что-то упустил?
— Хочешь я тебе погадаю?
Казалось, голос не звучал и не улавливался ушами, а проникал напрямую в мозг и гремел там. Хотелось поскорее выкинуть эти слова из головы прочь и сбросить с плеча ненавистную руку, которая, помимо прочего, ещё и была невыносимо холодной.
— Н-нет, не думаю... — едва слышно выдавил из себя юноша и испытал в теле странные ощущения.
Лишь спустя пару мгновений он понял, что пол под ногами то ли плывёт, то ли истерично трясётся — неважно. Главное, что он разверзся.
Светлый провалился почти мгновенно. В последний момент он судорожно ухватился за край трещины, цепляясь за жизнь.
«Ситуация выглядит, как идеальный повод возненавидеть гадания». Эта глупая, не к месту возникшая мысль вдруг развеселила юношу. Из груди вырвался нервный смешок, который, впрочем, быстро сменился истошным криком: пальцы разжались, и Семён скрылся во тьме пропасти.

[Камилка Копилка]

Копилка рассеянно пила из своего бокала, когда почувствовала, что рука державшая бокал замерзла, словно держала кусок льда. Она с удивлением взглянула на бокал и вскрикнув, уронила. Бокал звонко разбился у ее ног, но никто не обратил внимание. Кто-то весело общался, кто-то танцевал, веселье продолжалось, Кэм огляделась по сторонам. Почему они все такие странные? Тут явно что-то творится не очень хорошее, а они какие-то беззаботные, они не видят и не слышат... или... Копилка вспомнила надпись на бокале "бежать?". Куда бежать? Веселые волшебники вдруг стали пугающе страшными, хотелось громко закричать, но голос пропал, и звуки стали приглушеннее, бежать...Надо бежать. Копилка по привычке взъерошила волосы и только сейчас заметила, что плюшевые паучки, служившие украшением ее наряда выглядят не так как раньше. Она замерла. Все страннее и страннее, страшнее и страшнее. Стараясь не думать о паучках, Копилка бросилась из Зала Двух Стихий, не разбирая дороги, туда где ей казалось будет безопасно. Казалось бы, что самое безопасное место это ее комната, но в этот момент Копилка думала по другому, она выбежала из замка и с передышками переходя то на быстрый шаг, то на бег направилась к фонтану.

---->фонтан

[Десятое пугало]

Хэллоуин...Прекрасный праздник, в который можно хорошо отдохнуть. Или же нет?
По крайней мере, именно на это надеялась Елена Дарк . Её наряд скрывал её лицо от других так, что далеко не все могли её узнать. А потому то, что никто с ней не поздоровался, не пожелал весёлого хэллоуина, не задал традиционный вопрос про сладость и гадость, поначалу казалось не таким удивительным. Но только поначалу. Спустя какое-то время, преподавательница зельеварения оставалась такой же незамеченной. Ни её друзья, ни коллеги, ни студенты - никто не сказал ей ни единого слова. Её будто не видели, что было даже жалко, ведь наряд девушка подобрала искусно. Людей вокруг окружал страх и опасность, однако пожелай Дарк им помочь, у неё ничего бы не вышло. Она была абсолютно бесполезна: все её зелья и заклинания, слова и действия - всё потеряло какую-либо силу. И это чувство бесполезности и незамеченности лёгким холодом подступало к девушке.

[Четвёртое пугало]

Нинель, как и полагается даме опоздала на мероприятие.
Не переживай, веселье только начинается... - услышала девушка в своей голове. Эхом по залу разнёсся мрачный, леденящий душу хохот, поселяющий в душе тревогу.
Если тёмная осмотрится вокруг, то заметит, что в Зале для неё нет ни одного знакомого лица: Ни одного из знакомых преподавателей или учеников.
Группа незнакомых ребят подбежала к ней. Сначала их было трое, но их становилось всё больше и больше, в конце концов Нинель почти тонула в море учеников. Они смеялись, улыбались ей, пытаясь познакомиться все разом.
-РАЗОШЛИИИИСЬ! - Прозвучал громогласный мужской голос. Красная искра мелькнула в зале и ребят тут же отхлынули. К Нинель подошёл белокурый мужчина с усами и коричневой водолазке. Он удивлённо посмотрел сначала на девушку, а потом на её кольцо.
Мадам, вы чьих будете? - спросил он.

[Девятое пугало]

Га-а-адость~ - Сказал некто, Мирославе показалось, что кто-то положил когтистую руку или лапу на её плечо. Корзинка вылетела из рук, конфеты рассыпались по полу, а Зал двух Стихий начал стремительно кружится, вызывая сильное головокружение и вдруг Альд увидела как Зал помрачнел, потускнел, покрылся инием, все присутствующие в зале казались девушке кривыми отражениями.
Вдруг, из фиолетовых вспышек по всему периметру стали возникать старые зеркала, стремительно окружая светлую, оставляя узкий проход куда-то вперёд, но.. куда? Из стекла послышалось эхо множество голосов, таких знакомых и неизвестных одновременно.

[Даша Елькина]

Сначала Дарья испугалась собак, пришедших к другой ученице, - из-за одного случая на кладбище волшебница порой очень сильно их пугалась, особенно неожиданного лая. Теперь же что-то пришло или приползло именно к ней. Прямо перед девушкой появились очертания василиска. Один лишь его образ наводил на волшебницу ужас, а это существо ещё и было гигантских размеров. Дашу могла напугать даже картинка с изображением змеи, а после снов с ними она просыпалась в холодном поту и еле приходила в себя. А теперь один из её главных страхов был прямо перед ней. Из-за очертания василиска девушке лишь стало не по себе, но когда лёгкий дымок коснулся её так, будто то был не дым, а змеиные чешуйки, Дарья оцепенела, не в силах сдвинуться с места. Что напугало её ещё больше - её верная летучая рука пропала, даже своего лучшего друга она не видела. угощенье, принесённое парнем, оказалось на столе, будто кто-то его там оставил ещё до начала празднования. Девушка не только столкнулась со своим страхом, но и лишилась поддержки. От голоса василиска, звучащего то ли в зале, то ли лишь в голове, по коже студентки пошли мурашки. Этот голос пронизывал будто каждую частичку её тела и даже души. Жертва? Почему я жертва? И почему здесь огромная змея? Девушку не волновало то, что она видела лишь черты змея, её воображение рисовало его полностью.
-Идти? Куда идти? Зачем? Кто ты?, - еле слышно дрожащим голосом произнесла Дарья.
Когда в зал вошёл Храбров, взгляд светлой зацепился за него и особенно за украшение у него на голове. Его вид заставил вздрогнуть. Маленьких юрких змеек на нём было много, очень...

[Мирослава Альд]

Услышав жуткий голос за спиной, и почувствовав когтистую лапу, девушка вздрогнула по спине пробежал холодок а волосы на голове кажется приподнялись. Корзинка вылетала из ослабевших рук, но Мире было уже не до разлетевшихся угощений, куда больше её волновало головокружение. Вдруг все вокруг стали отражениями, холод пробирал до костей, девушки показалось, что она сама находится внутри зеркала.
В фиолетовых вспышках возникло множество старых потрескавшихся зеркал, внутри которых говорили знакомые и незнакомые, мама, сетра, сосед, отец, преподаватели и ученики. Мирослава закрыла уши руками, и рванула к единственному виднеющемуся вдали проходу.

[Семнадцатое пугало]

Как легко человеческий разум поддается панике: мысли кружат по кругу, и то, что начинается как легкая тревога, с каждой новой итерацией все больше и больше напоминает всепоглощающий ужас. Силуэт, к которому подошел Артем, оказался лишь испуганным студентом, что отшатнулся от преподавателя боевой магии и, пробормотав что-то невнятное, поспешил скрыться среди других гостей.

Артем остался один, совсем один. Конечно, в какой-то другой реальности к нему спешил Семен, спрашивал о его самочувствии – но это было не здесь, не на самом деле и не сейчас. Сейчас Артем остался наедине с собой. На него навалилась по-настоящему оглушающая тишина, будто кто-то разом выключил звук для всего остального зала, для людей, их голосов и шагов. Тишина была столь абсолютной, что звук ударов его сердца напоминал набат, а кровь шуршала в сосудах тысячей ручьев. И, внезапно, его переговорный кулон разбил это безмолвие. Он не стал мерцать, как то бывало обычно, а слова, раздавшиеся из него, были произнесены едва различимым шепотом – но сейчас звучали громче громового раската:

- Они здесь, они у меня, пожалуйста, мне срочно нужна твоя помощь!..

Голос Сти был сбивчивым, крайне поспешным – и будто бы она не успела что-то договорить, будто бы она хотела сообщить еще что-то очень важное, но не успела и не смогла. Но что это было?.. Вряд ли у Артема было время в этом разбираться – со Сти что-то случилось, где-то по пути из ее комнаты в Зал Двух Стихий; и вокруг, как на зло, не было никого, совсем, совсем никого, кто мог бы ему сейчас помочь. Мелочь, конечно, Артём справится и сам, но тогда почему, почему в ушах снова звучит издевкой этот отвратительный смех?

//: Можешь написать свой пост или здесь, или в Коридоре. Мой следующий будет в Коридоре в любом случае

[Артём Деманов]

Неожиданно для себя самого Артём растерялся, когда увидел, что неизвестный был лишь студентом. Преподаватель пробормотал что-то невнятное, ошалело хлопая глазами, а затем сделал долгий выдох и закрыл глаза на мгновенье, пытаясь собраться и успокоиться. Вдруг всё стихло - это не помогало, совсем наоборот. было тихо... СЛИШКОМ ТИХО. Настолько, что он слышал течение собственной крови, чей звук давил словно пресс. Боевой маг продолжил озираться, словно сокол ищущий добычу. Всё что он обнаружил это отсутствие других преподавателей, тех кто мог бы ему помочь, что ещё больше осложняло ситуацию.
Ну же, покажись, я знаю что ты где-то здесь... - еле слышно шептал Деманов, ища глазами источник недавнего хохота. Неожиданно эхом в голове раздался звук пришедшего сообщения. Тот что он так ждал и боялся. Судорожно вз-яв кулон в руки он прослушал сообщение и бросив в ответ короткое: Мили, держитесь я иду! - Времени думать почему девушка не телепортировалась с остальными не было. Маг рванул в коридор в направлении комнаты Сти

[Третье пугало]

Семён падал бесконечно долго в неизвестность, вдруг над ним стремительно пролетела ворона.
-Кар кар... куда падаешь? - насмешливо спросила пернатая, чьим то смутно знакомым голосом.
- Я вот переживаю, а мы не разобьёмся? У меня ужасно хрупкая голова - ответил тыквоголовый Джек, фонари глаза таинственно мерцали, он лежал на ветрянном потоке расслабленно, как на уютной кровати, слева от парня.
-Так куда путь держим, командир? - с оглушительным хохотом, тыквоголовый срывается вниз, и снизу слышится звук разбивающейся на части тыквы.

[Светлана Доведенко]

Она ничего не почувствовала — разве заметишь вот так в кутерьме праздника, что картинки на твоей одежде стали странно себя вести. Но когда подошедший к ним маг произнес “Добрый вечер, дамы”, в чешуйках змей на его костюме вдруг отразился странный отблеск и, не успев поздороваться в ответ, Алисс автоматически посмотрела вниз — на свое платье.

Визг вырвался сам собой — короткий, словно крик раненой птицы. Рука тут же дернулась вперед, чтобы смахнуть кошмар с груди, но отдернулась еще быстрее, едва пальцы ощутили леденящий ожог иллюзорного тела.

— Ретроградный Меркурий тебя побери! Это что такое??? — воскликнула она в ужасе и застыла на месте, ощущая, как самый страшный кошмар сковывает по рукам и ногам.

Дышать стало нечем, а Существо, почувствовав её реакцию, как будто ответило: слепяще-белая точка раздулась, крылья завибрировали с таким оглушительным гулом, что у Алисс заложило уши. Этот звук заполнил всё — он был внутри черепа, в крови, в предательски дрожащих коленях, в подступивших от ужаса слезах.

— Уйди, уйди, уйди, — выдавила она, зажмурившись, и с истеричной силой ударила ладонью по тому месту, где сидел кошмар.

Не помогло, конечно. Все равно что биться о каменную стену. Оно не уходило. Оно крепчало. Оно готовилось к прыжку.

Светлана увидев это отошла на пару шагов, ей самой стало немного страшно, вдруг и на неё перекинеться? Она этого ни в коем случае не хотела. Лана хотела помочь, но искренне не понимала как, вдруг она сделает ещё хуже Алисс или себе?
Что то нужно делать....но что ? А если мне тоже достанется?..
Девушка тихо наблюдала за происходящим вокруг не зная что предпринимать. Может попробовать как то помочь или всё таки уйти из зала?

[Первое пугало]

Хэллоуинский вечер.... Какой приятный повод, чтобы выпустить всех своих внутренних бесов на прогулку. Особенно, если их любимым блюдом является негатив и страх.

Даниил Конев, тот самый персонаж, которому постоянно приходится прятать своих демонов, чтобы удержать тонкую грань между светом и тьмой. И именно поэтому, его внутренние черти до ужаса изголодались по запаху крови, яростному биению сердца, выбросу адреналина и трясущимся поджилкам бедных и несчастных. И пусть юноша мастерски подавляет свою темную сторону, не позволяя ей крутить собой, как марионеткой, бывают моменты, когда она буквально вырывается наружу. И сейчас, когда тьма буквально гуляет среди людей, будто ещё один участник праздника, скрывающий свой истинный лик под костюмом, шанс потерять голову особенно велик.
Освещение потускнело, повеяло холодом. Внезапно все присутствующие в Зале двух стихий стали порядком раздражать.
- Так что, друг мой, – Храбров снова обратился к Конёву, – вводите меня в курс дела: что тут у вас творится на этот раз?
- Как обычно, хаос и беспорядок, и не друг я тебе, проклятый эльф, - Даниил, а может и не Даниил, резко отстранился от внезапно оказавшимся рядом с ним Храброва, изобразив на лице презрительную гримасу. - Омерзительный праздник, думал, что хоть в этом году устроят что-то повеселее.
Картинка поплыла в глазах Даниила, будто бы тот резко снял свои очки. И как только волна угомонилась, все словно вернулось на круги своя. Храбров все так же ждал ответ на свой вопрос, как ни в чем не бывало, окружающие вокруг него занимались своими делами, а где-то в тени, куда вряд ли попадет взгляд преподавателя, за ним наблюдало нечто, что очень заинтересовалось юношей. Оно мерзко облизнулось, роняя капли слюны на холодный каменный пол, а затем ушло в сторону, дожидаясь своего часа.
И что-то ей подсказывало, что час ее близок.

[Семён Деришев]

Вместо крика горло уже давно выдавало лишь сдавленные хрипы. Наверное, Семён вложил в этот долгий, надрывный вопль всё, чем терзался в злополучную хэллоуинскую ночь: напряжение, боль, страх... Появившиеся то ли от мучительной безысходности, то ли от ветра, бьющего прямо в лицо, слёзы срывались с щёк волшебника практически сразу и терялись в темноте, улетая вертикально вверх. В первые несколько минут, мечась в дикой какофонии из собственных криков и потоков воздуха, свистевших в ушах, юноша успел предпринять отчаянную попытку нащупать стену и ухватиться за что-нибудь. Конечно, она оказалась провальной.
Когда особенно яркие эмоции прошли сами собой (затратное это дело — ужасаться), парень принялся лихорадочно перебирать варианты развития событий. Впрочем, набралось их немного. Не видя ничего за своей тревогой, Деришев не сразу обратил внимание на ворону, которая снова взялась невесть откуда. Семён ошалевшими глазами смотрел но на неё, то на светильник Джека и не находил в себе здравого смысла спросить у них что-нибудь своё, насущное.
Едва волшебник протянул руку к манящей светом тыкве, она рухнула вниз. Всё бы ничего, но сочный треск разлетевшейся мякоти явно не сулил ничего хорошего. Где-то на краешке сознания робко замаячила мысль, что всё ещё может обойтись, но её быстро развеяла толстая балка, радушно встретившая преподавателя ударом в грудь. Столкновение вышибло из лёгких воздух. Падая дальше, юноша успел ещё пару раз приложиться обо что-то. Наконец светлый приземлился на холодный пол. Яркая вспышка — и разум застила темнота.